В Сирии, где усилились нападения на алавитов, режиссер Интисар Хезим и ее семья были вынуждены переехать в более безопасный район, где их идентичность не была бы нарушена. Интисар Хезим, родившаяся в 1974 году, искала жизнь, где она могла бы быть защищена как женщина и в своей алавитской вере, из-за неэффективности временной администрации и массовых убийств, совершаемых джихадистской группировкой «Хайят-Тахрир-аш-Шам» (ХТШ). Продолжая свой кинематографический путь с кинокоммуной Рожавы на севере и востоке Сирии, Интисар Хезим использует кино как инструмент сопротивления и свободы выражения в то время, когда ХТШ нацелилась на жизнь и искусство. Режиссер, сценарист и тренер по сценарному мастерству Интисар Хезим рассказала нашему агентству о своем творческом пути.
Творческое путешествие
Интисар Хезим начала свой творческий путь с написания рассказов. Называя этот период «началом», Интисар сказала, что за эти годы она написала множество сборников рассказов и участвовала в различных фестивалях. Со временем она обратилась к написанию сценариев, подчеркнув, что изучала и осваивала эту область с любовью. Черпая силы из своего опыта и успеха в сценарном деле, Интисар попробовала себя в режиссуре и продолжает свой творческий путь в качестве режиссера.
Своим первым фильмом «Закрытые окна» Интисар перенесла свои идеи с бумаги на экран в мир кино и режиссуры; для нее это также был период перемен и новый жизненный путь.
Продюсируя и режиссируя фильмы «Закрытые окна» и «Вкус воды», Интисар сделала важный шаг к самопознанию в мире кино, открыв в себе внутреннюю силу. Но она не только продолжала идти своим собственным путем; она также писала сценарии для своих друзей и киностудий, способствуя их успеху. Рассказывая о своем опыте погружения в мир кино, Интисар сказала: «Это был замечательный опыт. Особенно когда я впервые оказалась за камерой, в те первые мгновения я чувствовала, что должна исчезнуть или спрятаться».
Быть женщиной в мире искусства
Рассказывая о трудностях, с которыми она сталкивалась, осознавая свою принадлежность к женскому полу, Интисар в очередной раз раскрыла реальность патриархального мышления, укоренившегося в академических и научных учреждениях. Как кинорежиссер, Интисар подчеркнула, насколько сложно быть женщиной, сказав: «На Ближнем Востоке достичь этого очень трудно. Сколько бы я ни работала, моя работа рассматривалась с узкой точки зрения, считалась незначительной и незначительной. Доказать свое существование как женщины было непросто».
«Я тоже здесь»
Указывая на реальное положение дел в кинематографе Сирии, Интисар сказала: «Кино в Сирии было очень слабым, не было ни частных, ни независимых кинотеатров, все было связано с государственными киноучреждениями. Поскольку частных кинотеатров не было, у женщин не было возможности активно участвовать в этой сфере». Благодаря своей стойкости, вере, таланту и твердой воле Интисар передала послание: «Я тоже здесь».
Интисар, женщина, пережившая трудности, использовала свой опыт режиссера и сценариста, чтобы сосредоточить свою работу на женских проблемах и поддержать женщин в их самостоятельности и активном участии в этой сфере. Интисар подчеркнула огромное значение этого проекта для себя, заявив, что она и группа сирийских женщин-режиссеров усердно работали над его созданием и развитием. Проект представлял собой группу женщин-режиссеров, снимающих фильмы о женщинах и детях. Но, по словам Интисар, проект не удалось завершить из-за политических обстоятельств.
Нападки на искусство
Обращая внимание на текущую ситуацию в Сирии, Интисар подчеркнула закрытие и запреты, введенные «ХТШ» в отношении художественных площадок: «В последние несколько месяцев были запрещены и закрыты не только кинотеатры, но и культурные идеи, и все формы искусства. Искусство находится в осаде», — сказала она, добавив: «Идеи, с помощью которых они хотят перестроить Сирию, — это джихадистские идеи. Они не допускают существования искусства или женщин. В нынешних условиях в Сирии женщины не могут быть даже матерями, не говоря уже об учителях или юристах. Реальные перемены в стране возможны только через политические перемены».
«Женщины оказались перед выбором: оставить свою профессию или покинуть страну».
Интисар так описал нынешнее положение сирийских женщин: «Положение многих женщин-режиссеров, кинематографистов, юристов и врачей плачевное. Женщины оказались перед выбором: либо бросить свою профессию, либо бежать из страны. Либо они уезжают и начинают новую жизнь, либо остаются и сопротивляются. Женщины в Сирии застряли между этими двумя вариантами».
Она повернула в сторону Северной и Восточной Сирии.
Интисар описывает свои отношения с курдским народом как одни из самых давних. Делясь своим мнением о них, Интисар сказала: «Это просвещенное, жизнерадостное сообщество, любящее жизнь. Именно поэтому мы с семьей решили покинуть Хомс. Сначала мы направились в Северную и Восточную Сирию. Затем я присоединилась к кинокоммуне Рожавы. Здесь есть четкая цель – создание настоящего кино. Это была цель, которую мы не могли предвидеть, но которая действительно была необходима в Сирии».
Она подчеркнула разницу между системами двух регионов: «В то время как прибрежная полоса и внутренняя система Сирии в целом основывались на институтах, здесь система основана на общности и коллективности. Идея общности влияет как на нашу работу, так и на наш образ жизни. Вы можете почувствовать и увидеть дух общности в работах, созданных Коммуной. Что наиболее важно, в них присутствует ясность мысли, которая приближает людей к пониманию истины кинематографа».
Подготовка к Международному кинофестивалю в Рожаве
Интисар готовится к 5-му Международному кинофестивалю в Рожаве, который состоится в ноябре, и работает над тем, чтобы собрать сирийские фильмы из Египта, Ирака и Туниса. Ее цель — создать четкое определение сирийского кинематографа и наладить художественные и кинематографические связи между сирийским побережьем и Северной и Восточной Сирией. Потому что для нее кино — это сама жизнь.
«Трудно думать о кинематографе в свете массовых убийств».
Говоря о массовых убийствах алавитских женщин, Интисар сказал: «Ситуация всё ещё накалённая, трудно отвлечься и подумать о кинематографе. Это часть другого процесса, в рамках которого мы можем отступить назад, взглянуть на эту проблему с более широкой перспективы и что-то для неё создать. Очень важно пролить свет на эту проблему. Но сейчас все озабочены жизнью и спасением жизней — это самое главное. Раны алавитов всё ещё кровоточат, поэтому мы не можем отбросить человечность и начать смотреть на кинематограф только глазами режиссёра».
«ХТШ совершила множество преступлений»
Подчеркивая страдания, причиненные ХТШ, Интисар сказал: «Мы пережили очень ужасные вещи. Наши дома подверглись самым гнусным нападениям, были ограблены и разграблены. Нас оскорбляли. Дочерей моих друзей похитили, и это была одна из самых тяжелых ситуаций. ХТШ совершила множество преступлений. Всего несколько дней назад они пришли и убили дочь нашей соседки в ее доме в Хомсе и скрылись».
«Единственный путь — сопротивление»
Указывая на многообразие цивилизаций в истории Сирии, Интисар подчеркнула, что джихадистское и мрачное мышление долго не просуществуют и что Сирия — страна, которая их превосходит. Она также подчеркнула, что отныне единственный путь вперед — это сопротивление.
Завершая свою речь обращением к женщинам, Интисар сказала: «Мы надеемся, что похищенные женщины вернутся в свои семьи. Кроме того, все женщины смогут сказать: „Мы существуем“, стать активными и заявить о своем присутствии. Кино — это высокоразвитое интеллектуальное и визуальное искусство. Пока я занимаюсь кино, я жива. Поэтому неважно, где и при каких условиях я работаю в кино; важно, на местном или международном уровне».
Награды, полученные Интисар Хезим
Интисар Хезим получил несколько наград: премию за лучшую режиссуру за фильм «Закрытые окна»; премию за лучший сценарий за фильм «Вкус воды»; Золотую премию за сценарий в жанре современной реальности за фильм «Меня зовут история»; Золотую премию за сценарий за фильм «Дети летают как птицы»; премию за лучший сценарий за сценарий; и премию за сценарий к полнометражному фильму «Элья».
